Кафедра славянской филологии, Университет Бамберг (Бавария), Германия
Русская литература во времена Петра Великого вступает в период смены эпох и одновременного формирования собственной поэзии барокко при кардинальных изменениях истории западноевропейской литературы. В этом процессе можно наблюдать осознанную преемственность старых образцов мышления относительно преемственности власти «translatio imperii» и преемственности искусств «translatio artium». При этом модель «подражание» мгновенно преобразуется в модель «оригинальное чудо» огромнейших масштабов. Ни одна другая мировая литература с такой быстротой, глубиной исследования и поэтической выразительностью не ставила вечные фундаментальные вопросы образа и природы человека, как русская литература в период своего классического развития. Даже сегодня произведения русской литературы по-прежнему являются своеобразным компендиумом вопросов по отношению «определения места человека» в плоскости трагического и комического. В конечном счете, только многократно перечитывая текст, можно всё это досконально осмыслить.
преемственность искусств; образ и образование; стагнация и движение; «определение места человека»; роль читателя
Скачать текст статьиДля цитирования: Тирген П. Преемственность искусств или чудо русской литературы. Часть 2 // Человек: Образ и сущность. Гуманитарные аспекты = (Human being: Image and essence. Humanitarian aspects): Науч. журн. / РАН. ИНИОН. Центр гуманит. науч.-информ. исслед. Отд. языкознания; Ред. кол.: Скворцов Л.В. (гл. ред.) и др. – М., 2019. – № 2(37): Семантика русскости = Semantics of Russianness / Отв. ред. Комалова Л.Р., Трегубова Д.Д. – С. 9-29. DOI: 10.31249/chel/2019.02.00